Гастроли архитектурного секонд-хенда в России

Президент Союза архитекторов России Андрей Владимирович Боков поделился с Maindoor.ru своими мыслями о работе зарубежных специалистов на российском рынке, о развитии регионов и рассказал о себе: как попал в архитектуру, какой она была раньше и какой стала сейчас.

Динара Грачева

Как вы пришли в архитектуру?

К концу обучения в школе я обдумывал всевозможные варианты моего дальнейшего развития. Отец был инженером-технологом, который всю жизнь строил самолеты и ракеты. Во время войны, в год, когда я родился, он получил свою первую награду – орден Ленина. А моя мама – архитектор, 2 февраля ей исполнилось 90 лет. С ее благословения я учился в художественной школе. Мама мне рассказывала о том, что ее учителя Жолтовский и Буров говорили, что «с вас, девушек, проку немного, единственная надежда, что нарожаете архитекторов».

В Доме архитекторов за 1 рубль можно было купить 50 граммов водки, бутылку пива и бутерброд с килькой

Так и получилось. Однако в девятом классе я бросил рисовать и начал упорно изучать физику и математику, чтобы поступить в модный тогда технический вуз. Но в какой-то момент понял, что это не мое, и, когда уже почти не оставалось времени на подготовку к экзаменам, я нашел в себе мужество поделиться с отцом, что хочу быть архитектором. Он меня понял и не отговаривал. Вступительные экзамены я сдал на пятерки, кроме рисования: рисовал и чертил я тогда средне.

Что тогда происходило в архитектурном мире?

Поступление в институт было практически вступлением в храм искусств. Архитекторы казались небожителями, а Дом архитекторов и МАрхИ – самыми притягательными местами. Это была спокойная богема, которая особенно не ударялась в крайности, но в атмосфере всегда витал привкус избранности. Статус члена Союза архитекторов СССР был весьма высок. У первого секретаря правления Союза были министерские полномочия с соответствующими благами, а член молодежного объединения в буфете Дома архитекторов за 1 рубль мог купить 50 граммов водки, бутылку пива и бутерброд с килькой! И все красавицы того времени были сосредоточены здесь же, а это, как известно, и по сей день является несомненным свидетельством процветания любой отрасли. Однако более близкое знакомство с профессией обнаруживало решительное несоответствие ее образа и унизительной реальности. В прошлом «главный строитель», вдохновенный художник или ответственный гражданский инженер находился в положении совслужащего, накрепко встроенного в жесткую систему, полностью подчиненную интересам стройкомплекса.

Что закончилось в архитектуре с развалом СССР?

Крушение началось задолго до развала СССР, еще при Хрущеве, но едва ли не первыми, с кем встретился Ельцин после перевода в Москву, были молодые зодчие. Это стало началом короткого, полного невнятных надежд, но волнующего эпизода в истории профессии. На мгновение мы снова почувствовали себя людьми. Нынче это ощущение востребованности снова утрачено. Сейчас архитектура отмечена забвением и равнодушием властей, а на законодательном и бытовом уровне зодчий выведен из круга почитаемых людей. Профессионалы, и в первую очередь архитекторы, не слишком удачно вписываются в картину происходящего. Архитектурные службы уничтожены или лишены полномочий, зодчий не участвует в приемке здания, его не спрашивают: хорошо ли построен дом. Даже подписания бумаг от него не требуется. Нарушение авторских прав архитектора считается нормой. Такое происходит впервые за 300 лет.

50–60% стоимости недвижимости – коррупционный налог, надо его отменять

Где-то на высоком уровне существует идея, что виновниками печального состояния наших городов, да и всей строительной отрасли, являются российские архитекторы. Они не располагают позитивным опытом, и поэтому необходимо всю ответственную работу отдавать иностранцам. Более десяти лет ставятся опыты с зарубежными специалистами. Результатов нет, зато налицо системная проблема. Но вместо того чтобы заняться реформированием системы, предпринята еще одна фантастическая попытка внесения поправки в Градостроительный кодекс, которая допускает возможность повторного использования иностранных проектов без экспертизы и без адаптации к нашим нормативам. Спрашивается, почему бы такие условия не предложить и своим, может, не надо было бы и иностранцев звать с их секонд-хендом?

А есть хоть что-то обнадеживающее?

Надежда умирает последней, а смена или обновление власти всегда порождает надежды. К признакам новым и обнадеживающим можно отнести и объявление конкурса на концепцию «новой» Москвы, и решение премьера и мэра не застраивать участок снесенной гостиницы «Россия», на который, возможно, также объявят конкурс. Но свидетельство возрождения отечественной архитектуры в первую очередь надо искать за пределами столиц – в регионах. И самое отрадное, что нынче эти признаки не единичны, хотя похоже и внесистемны, т. е. возникают скорее вопреки. Сегодня качественную архитектуру вы встретите не только в Нижнем Новгороде, но практически повсюду: от Ярославля до Иркутска и Владивостока.

Реально найти выход из сложившейся ситуации?

Нам необходимо менять неадекватное законодательство, в том числе 93-ФЗ, вогнавший архитектурное проектирование в систему госзакупок наряду с мылом и сапогами для армии. Необходимо восстановить нормальную конкуренцию в строительной области, открыть рынок для тех, кто предлагает квадратные метры по другим ценам. Нужно решить проблемы с землей, в том числе путем освоения новых территорий. Если говорят, что 50–60% стоимости недвижимости – коррупционный налог, то надо его отменять. Во всем мире дерево является все более популярным, возобновляемым материалом, позволяющим решить задачу доступного и качественного жилья, стоимость которого составляет 600 долларов/м2 вместо наших 3000 долларов. Но у нас дерево практически запрещено к использованию. Людям нужен выбор, а мы как решали, так и решаем проблему доступного жилья путем строительства едва ли не одного типа дома – многоквартирного, многосекционного, многоэтажного и панельного. Панельные дома не позволяют собрать воедино полноценный, достойный и безопасный город. Эти дома иссушают и разрушают окружающее пространство, при этом они не могут удовлетворить несхожие потребности тех 70% граждан страны, которые нуждаются в улучшении жилищных условий. За последние годы в мире изменились представления о том, каким должен быть город, город для человека. Более того, эти представления подкреплены обширным практическим опытом, которым России необходимо пользоваться. Наша страна с ее отсталой нормативной базой, невнятным Градостроительным кодексом и проблемами управления оказалась неподготовленной к столь необходимой модернизации больших и малых поселений.

Что можно позаимствовать из успешных иностранных концепций?

Адаптация, освоение и заимствование идей и чужого опыта гораздо продуктивнее прямого экспорта архитектуры и архитекторов, а состояние наших городов, строительной индустрии, системы управления и законодательной базы таковы, что чужой опыт и успешный пример столь разных стран, как Китай и Канада, для нас неоценимы. И это нормально: весь мир пользуется чужим опытом, однако мы это делаем не слишком умело. Наиболее нетерпимо наше отставание в области зеленых ресурсосберегающих решений и уже упомянутой области градостроительства и градорегулирования.

Реклама
Проект Maindoor.ru

Портал о мировой недвижимости: последние новости, аналитика, каталог компаний и, безусловно, тысячи предложений об аренде и продаже недвижимости за рубежом и в России.