Алхимик нашего времени

Марио Арлати, художник-авангардист, о красках Ибицы, небе над Кремлем, музыке Pink Floyd и магии цвета.

Автор: Полина Виноградова

— Синьор Арлати, в чем вы находите вдохновение?  

— Я нахожу вдохновение в цветах, особенно в цветах острова Ибица, они наполняют меня энергетикой для создания новых работ. Но все же я склонен к постоянным переменам и переездам — невозможно вдохновляться целый год на одном месте. Я набираюсь определенных впечатлений, после чего отдаю их другим людям через мои картины.  

Есть места, которые вдохновляют меня и в Москве. Люблю сидеть в кафе на Красной площади вечерами и смотреть на скайлайн над стеной Кремля. По сути, я человек мира! Стараюсь перемещаться каждые два месяца и живу немного в Лондоне, на Ибице, но моим любимым городом всегда был и остается Милан.  

Могу также сказать, что еще одним источником вдохновения для меня является реализация различных проектов, и сейчас это проект ART. 


— Почему именно авангард? Когда вы почувствовали себя художником именно этого направления?  

— Я младший ребенок в семье, и учитывая занятость отца собственным бизнесом, ответственность за мое воспитание легла на плечи моего старшего брата. Ему тогда было 22 года, он учился на экономиста, мне же было 14 лет, и отец считал, что я должен стать адвокатом. Брат хотел пробудить во мне любовь к вычислениям и обучил специальной системе, благодаря которой я могу без помощи калькулятора складывать, умножать, вычитать и делить в уме. Уходя из дома, он давал мне множество математических задач, которые нужно было сделать до его возвращения, и в случае непослушания грозился рассказать обо всем отцу.  

Каждый раз после ухода брата я включал Чайковского, Баха, Pink Floyd или Doors и выполнял задания под музыку. Очень быстро решал все задачи, а оставшееся время рисовал. Привычка работать под музыку осталась у меня и сейчас, так же, как и ненависть к цифрам.  

В 1968 году я поступил в школу рисования Castello Sforzesco в Милане, где учился на мастера по золоту. Это было неспокойное для Италии время — время социальных революций, студенческих забастовок и политических демонстраций. Я был вынужден уйти из школы и стал работать подмастерьем у одного художника. Тогда и началась моя карьера художника.  

В 1970 году я переехал на остров Ибица. Немного позже один из испанских друзей познакомил меня с Карлом Вандервортом, владельцем галереи Galleria Van Der Voort, где позже была представлена экспозиция моих первых работ. Хотя Карл вскоре покинул остров и навсегда уехал в Европу, все же именно это знакомство стало знаковым в моей карьере.  

Я в тот период рисовал фигуративные картины, а гостями галереи были такие известные персоны, как Меру и Макарелли. Общение с ними поспособствовало тому, что я перестал заниматься фигуративной живописью и в дальнейшем работал уже только в стиле авангард. 


— Как вам опыт работы в Москве?  

— Я познакомился в Москве со множеством талантливых и профессиональных людей. Именно здесь находится амбициозный проект ART, в создании которого я принял участие, чем очень горд, так как этот проект не имеет аналогов не только в России, но и во всем мире.  

— Вы впервые создавали картину на фасадах зданий? Как пришла идея расписать корпуса жилого комплекса ART именно в такие цвета?  

— Я могу объяснить так. Представьте, что у вас есть два цвета, черный и белый, цвет и «не цвет». Это как контейнер, содержащий в себе цвета, к которым можно добавить все оттенки красок. Для меня эти оттенки означают свет и тень, как инь и ян, смерть и жизнь.  

Но если объяснять выбор цветов без сакрального смысла, то к черному я добавил желтый, который хорошо сочетается с белым, к белому — красный, который сочетается с черным, а также синий, сочетающийся с черным и белым. А еще я решил добавить к выбранным оттенкам света, и этим светом для меня стал золотой цвет. Результат этой алхимии — эмоция. Ты, как губка, сначала впитываешь цвет, а потом отдаешь.  

Идея создания проекта ART принадлежит моему другу Данте Бенини. Именно его архитектурная студия Dante O. Benini & Partners придумала создать картину, в которой будут жить люди. Когда он позвонил мне с этим предложением, я почувствовал, что это действительно тот звонок, который меняет ход твоей жизни. Для меня, как для художника, ART стал некой «авантюрой».  


— По вашему мнению, современный художник должен жить и работать в шумном мегаполисе или вдалеке от всего мира?  

— Когда у меня есть внутренне равновесие, мне комфортно в любом месте, для меня не имеет значения многолюдная ли это Красная площадь или комфортный остров Ибица. Где бы я ни находился, в первую очередь нахожу внутренний покой. В каждой стране я пытаюсь прожить так, как живет житель этого места. Приезжая на Ибицу я не ем макароны, а предпочитаю национальную еду Испании. Я всегда смотрю телевизор на языке той страны, в которой нахожусь, даже несмотря на то что не понимаю его. Такой способ помогает быстрее адаптироваться в той стране, в которой я нахожусь.  

— Как показывает мировая практика, искусство является неотъемлемой частью городов. Зачастую улицы и площади становятся музеями под открытым небом. На ваш взгляд, в Москве достаточно «галерей», доступных для всех?  

— Одна из таких «галерей» — это жилой комплекс ART. И более того, мне неизвестны другие подобные проекты. «КРОСТ» — первая компания, представившая столь оригинальный формат искусства, доступного для каждого.  

Мне посчастливилось работать с настоящими профессионалами. Для реализации задуманного я вместе с моими помощниками проводил на строительной площадке по 24 часа семь дней в неделю. Не скрою, для меня работа на высоте 140 м не совсем стандартная ситуация, но можно сказать, что эти экстремальные ощущения вдохнули новые нотки в мое творчество. Хочется отметить, что ART является самым масштабным проектом в моей биографии. Я очень горд нашей с Концерном «КРОСТ» работой и тем, что мне выпала честь быть художником, создавшим «самую большую картину в мире».  


Реклама
Проект Maindoor.ru

Портал о мировой недвижимости: последние новости, аналитика, каталог компаний и, безусловно, тысячи предложений об аренде и продаже недвижимости за рубежом и в России.